Image default
Деньги

Альфа-банк назвал рискованным дальнейшее снижение ключевой ставки

Рискованное понижение

На заседании 11 сентября совет директоров Банка России впервые за год оставил ключевую ставку без изменений, прервав цикл смягчения монетарной политики. Из-за этой паузы мнения экономистов о следующем шаге ЦБ разделились: одни полагают, что регулятор ​продолжит понижать ставку, другие ожидают ее повышения, пишет Орлова в обзоре «Ключевая ставка: ЦБ может взять паузу». Она считает, что Центральному банку необходимо сохранить ставку на уровне 11% до конца года, а возможно, и дольше.

Дальнейшее смягчение монетарной политики будет рискованным, пишет Орлова. Инфляция снижается медленнее, чем ожидал регулятор, и даже после возможного замедления с нынешних 16% в годовом выражении до 7–8% в середине 2016 года все еще будет превышать ориентир по инфляции 4%. «ЦБ недавно ухудшил прогноз по инфляции на 2015–2016 годы, признав тем самым, что цель 4%, скорее всего, не достижима в ближайшее время. Таким образом, чтобы выйти на 4%, ЦБ потребуется приложить усилия, и это будет той ценой, которую экономика заплатит за достижение этого ориентира. Снижение ставки может оказаться слишком большим риском с точки зрения доверия к регулятору», — пишет Орлова.

ЦБ не стоит торопиться с понижением ставки и из-за рисков смягчения бюджетной политики. «Россия вступает в электоральный цикл (парламентские выборы пройдут в сентябре 2016 года, а президентские — в марте 2018 года), ЦБ сталкивается с угрозами и со стороны бюджетной политики. Хотя Минфин сейчас готовит жесткие предложения по бюджету, мы сомневаемся, что подобный план устроит президента», — пишет Орлова. По ее мнению, в предвыборный период правительство сохранит индексацию пенсий на нынешнем уровне (12% на 2016 год) и не поддержит предложение Минфина по ее ограничению 4%, то есть официальным долгосрочным прогнозом по инфляции. Из-за дополнительной индексации социальных расходов правительство может сократить инвестиционные расходы, что может стать причиной более высокой индексации тарифов российских естественных монополий и разогнать инфляцию в 2016–2017 годах, объясняет Орлова.

Сдерживающим фактором послужит и значительное присутствие ЦБ в банковском секторе. Банк России все еще фондирует 15% совокупных банковских кредитов — эта цифра совпадает со среднегодовой в 2014 году и сильно превосходит показатель 2012 года в 5–10%. «Понижение ставок будет целесообразным только в том случае и тогда, когда фондирование ЦБ вернется к уровню в 5–10% кредитного портфеля банков», — говорится в обзоре.

Орлова отмечает, что из-за структурных ограничений российской экономики понижение ставки вряд ли может быть ключевым инструментом поддержания экономического роста. «Смягчение монетарной политики имеет смысл только в том случае, если будет сочетаться со структурными реформами, а они не значатся на повестке дня правительства», — говорится в обзоре.

Понижение ставки противоречило бы и недавнему приоритету ЦБ по накоплению резервов. С мая регулятор купил $10 млрд, доведя резервы до $370 млрд, этот уровень все еще гораздо ниже запланированных $500 млрд, пишет Орлова. Есть еще две причины, почему ЦБ может отдать приоритет цели накопления резервов: во-первых, за восемь месяцев 2015 года чистый отток капитала из России составил $52 млрд, из которых только $30 млрд пришлось на выплаты по внешнему долгу, и слабый капитальный счет диктует необходимость относительно высоких ставок. Во-вторых, резервы ЦБ ($225 млрд), эквивалентны только 12-месячному объему российского импорта. В кризис 2008–2009 годов резервы ЦБ покрывали 18-месячный объем импорта, и, таким образом, нынешний уровень может считаться низким, объясняет она.

Бесполезное повышение

Центральному банку приходится сталкиваться и с факторами, которые способствуют повышению ключевой ставки и могут отложить дальнейшее смягчение денежно-кредитной политики.

Главным риском для инфляции по-прежнему будет ослабление рубля, которое способствует сильному ускорению инфляции через трансмиссионный эффект, считает Орлова. По недавним оценкам ЦБ, из-за санкций трансмиссионный эффект девальвации в инфляцию превзошел 15%, которые мы рассчитывали год назад, и достиг 40%.

Кроме того, смягчению денежно-кредитной политики мешает негативный глобальный фон — опасения по поводу потенциального замедления роста экономики в Китае, давление на цены на нефть и, как следствие, на развивающиеся рынки, говорится в обзоре.

Эти проблему нельзя решить повышением ставки, считает Орлова. «Резкий скачок ставки до 17% в декабре прошлого года оказался недостаточным: позитивный эффект этого скачка на валютный рынок был минимальным, тогда как банковский сектор пострадал от роста просроченной задолженности и стоимости фондирования ЦБ», — объясняет она. 
top.rbc.ru

Поделиться в соц.сетях

Похожие новости

Экспорт одежды в России вырос более чем на треть

Admin

Курс валют на 9 ноября

Admin

В МВФ предложили включить юань в корзину резервных валют

Admin